 |
 |
Есть хорошие фотки?
Пришлите их .
СТРИТ - Стрит 2005 и все-все-все (взгляд с высоты птичьего полёта)
Всё могло быть немного не так, и немного не тогда, но всё было...
-Ларс, ну вы когда идёте?
-Мы, вообще-то, уже выходим.
-Ну, я тоже готов, я тогда с вами.
-А. Давай тогда на остановке встретимся.
Архангел обувает свои армейские берцы, джинсовку, вскидывает на плечо рюкзак (его мать суетится, "Давай помогу"), привычным движением рук защёлкивает анатомический ремень на поясе, закидывает на шею палатку и, бросив, "Ну, я пошёл", - выходит из дома.
На остановке взгляд налево выхватывает четвёрку с рюкзаками. Ага, это в тёмных очках, Ларс, это Панёк, это ещё кто-то. Архангел здоровается со всеми, они грузятся в подходящий автобус и едут до вокзала. Время - четыре часа. На вокзале сидит какой-то народ с рюкзаками: "На стрит?" "А куда же." Чувак начинает чего-то нудно рассказывать, к счастью, подходит автобус.
А утром Архангела на этой же остановке встречала другая колоритная четвёрка - саранские Скэн, Дима и иже с ними. "Ты, наверное, надеешься, что я тебе долг отдам?" - спросил Скэн, - "зря надеешься." Архангел и не надеялся. Ему, по меткому выражению Скэна, была должна половина Пензы. Объяснялось это, с одной стороны, бедностью и наглостью Пензы, а с другой, деликатностью и пофигизмом Архангела, считавшего неудобным настаивать на возврате долгов. В автобусе пошёл ставший привычным разговор:
-Что нового в Пензе?
-Всё по-старому.
-Ты всё там же работаешь?
-Да, всё там же, а ты?
-А я на новой работе.
В Пензе всегда было всё по-старому. Если что-то и случалось, то либо кто-то женился, или разводился, или рождался. Изредка (и это к лучшему!) кого-нибудь пытались убить, или кто-то умирал. Смерть запоминали надолго...
Доехав до "Сосен", пятёрка разделилась - Ларс с Паней пошли "за продуктами", остальные остались ждать снаружи. Архангел познакомился с этими двумя парнями. Один из них, Андрей, как выяснилось, стоял с ним в прошлом году. Архангел про себя чертыхнулся на свою память, определённо спавшую с кем-то другим. Другой был братом Андрея. Архангел ещё раз чертыхнулся на память, потому что месяц спустя уже забыл, как этого брата зовут. Поедая чипсы и шоколад, он поглядывал на подъезжающие к остановке маршрутки. Никого знакомого. Наконец, приехала парочка, явно стритовой наружности. Тут же появились Ларс с Паней. "Продукты" состояли в основном из минералки и пива. "Нафига вам минералка?" - удивился Архангел, - "на стриту, что, воды нет?" "Без неё утром мы умрём", - лаконично пояснил Ларс, - "Тебе этого не понять". Архангел был непьющим. Между тем парочка стритовой наружности приблизилась. Поздоровались, разговорились.
-Мы в первый раз на стрит. Вы не подскажете, как туда добраться?
-Прямо по этой дороге, а там до 16 километра.
-Вы бы на сайт заглянули, - сказал Ларс, - там всё подробно расписано.
Неизвестно какими усилиями Ларс недели за три до стрита создал сайт, зарегистрировал, и даже успел кое-чем наполнить. Разумеется, он не мог не помянуть своё детище.
-А мы принципиально против компьютеров.
Знала бы эта пара, как сильно они упали в глазах всей пятёрки! Все пятеро были компьютерщиками.
Итак, двинулись. Пригревало солнышко, и по дороге бежали весенние ручьи. Размешивая берцами весеннюю грязь, Архангел ещё раз подивился способности Ларса ходить на все стриты в кедах. В своих полосатых кедах, без которых его было трудно представить.
-Ну что, стопом? - спросил Паня.
-Конечно, стопом, - ответил Ларс, - как же без приключений?
Они даже не дошли до церкви, когда на дороге показался автобус.
-Пань, махни этой колымаге, может, остановится.
Паня махнул рукой, и колымага, как в по волшебству, остановилась. Волешбство было сильным. Внутри оказались Джошуа, Кинцель, Маугли, и прочая, и прочая.
Как потом рассказывал Ларс, "... и Константин, соблазнённый прелестями толстозадой девицы, полез в автобус вслед за её приятелем. А мы поехали стопом." Короче, Архангел заскочил внутрь. "По червонцу!!!", - раздался дружный вопль. "Ну и ладно", - подумал он, - "зато до 16 километра".
-Костя, - сказал Ларс, - довезёшь тогда. И с этими словами поставил в автобус тяжёлую сумку. Двери автобуса захлопнулись, и он тронулся.
-А они что? - поинтересовались парень с "толстозадой девицей".
-А они стопом.
-У них что, денег нет?
В глазах Архангела они упали ещё раз, и он пояснил:
-Есть, но они принципиально.
Эти двое явно не понимали, как это можно ехать стопом из принципа. Знали бы они, что Джинс ходил пешком в Пензу и обратно на стрит просто шутки ради... Интересно, на что бы пошёл Джинс из принципа?
Автобус свернул от Засурья на трассу. На трассе стопили две девушки. "Нафаня!" - раздались голоса. Нафаня со своей подругой залезли в автобус, уселись рядом с Архангелом, и она затараторила:
-Как я рада тебя видеть! Какую классную статью ты написал! Это же надо такие слова найти! Познакомься - это моя лучшая подруга Наташа, она в первый раз едет на стрит.
О, саранские девушки! Способна ещё земля мордовская родить таких, что "коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт". А также "посмотрит - рублём подарит." По глубокому убеждению Архангела, в Пензе таких рослых девушек нет.
-Вы в Пензу электричкой?
-Нет, зачем? Мы стопом. У нас на электричке человек 16 поехало, и потом ещё человек 12, а мы стопом.
Архангел угостил девушек шоколадкой и спросил:
-А про Фомича что-нибудь слышно? - этот вопрос волновал его особенно, потому что на стриту стоять он хотел именно с Фомичом.
-А он уже там, - ответила Нафаня.
Никого знакомого автобус больше не встретил до самого 16 километра. На шестнадцатом стояла толпа. Архангел вылез, вытащил ларсову сумку, огляделся. Здесь был и Тринадцатый, и Петров с Янкой, и ещё до фига народу.
"Если Фомич уже на стриту, какой смысл ждать Ларса?" - подумал Архангел. "Донесу сумку до стрита, а там меня Ларс отыщет". Архангел послал соответствующее сообщение Ларсу. "Ладно, только не бросай", - был ответ. В силу трезвости архангельского образа жизни ему было присуще пренебрежительное отношение как к выпивке, так и к опохмелке.
Взвалив на плечи ещё и ларсову сумку, Архангел двинулся по тропинке в лес. В этом году весна была поздней, и тропа была сухой и утоптанной. Если бы не вес ларсовой сумки, подумал Архангел, путь можно было бы считать лёгким. А так - обычным. Позади топали Джошуа с компанией. Шли они чуть быстрее, и вскоре Архангела нагнали. Завязавшийся разговор вдруг принял неожиданный оборот, когда один из этих извращенцев заявил, мол, женщин среди нас нет, а поскольку ты, Архангел, единственный среди нас длинноволосый, мы, пожалуй, тобой воспользуемся. Он пригрозил им адскими муками, а сам решил, что не пора делать ноги. К счастью, впереди показалась группа народу, делавшая привал. Очевидно, мысль о привале возникла у всей группы Джошуа, поскольку Архангелу удалось значительно от них оторваться. В привалах ради потребления огненной воды Архангел не нуждался, а от ходьбы не уставал очень долго. Он обогнал и Тринадцатого, и каких-то пионеров, керяющих за оврагом, и собирался обогнать ещё какую-то группу народу, отдыхающую впереди. И тут раздались вопли:
-Костик! Вы поглядите, кто к нам пришёл! Это же Костик!
Это был Фомич. Потом он рассказал историю, как они с Шайтаном шли по лесу, и повстречали Форевера, павшего смертью пьяных. И как они храбро подхватили Шайтан - Форевера, Фомич - рюкзак Форевера, и несли через овраг, и дальше, дальше через лес, вот до этого самого места. Как сердобольный Фомич отдал Фореверу свои носки. И что Шайтан унёс рюкзак Форевера до стоянки, и они ждут его здесь.
-Костя, я знаю, у тебя есть вода! Для спасения Фореверу нужен глоток воды!
-Нет у меня воды. У меня вино есть.
Чёрные подозрения отразились на лице Фомича.
-Нет, ему нужен глоток чего-нибудь не спиртсодержащего. А ты что, пить начал?
-Нет, просто дома вино завалялось. Мне оно ни к чему, а здесь всяко уйдёт.
Тут проходящий мимо турист поделился с Форевером газировкой. Надо отметить, что Форевер выглядел не таким уж и павшим. Во всяком случае, он встал и самостоятельно ушёл. Фомич же смотрелся пьяным уж никак не менее Форевера.
Одетый в извечную клетчатую рубашку, джинсы, бородатый, усатый и пьяный. Они не виделись больше года. За это время из Пензы доходили разные слухи. Но Архангел был рад его видеть всё равно. Ну что за стрит без Фомича? Это он однажды спалил всю свою обувь, это он возвращался домой босиком, это он построил типи и прожил на стриту с 9 апреля по 24 мая, это он как-то раз пришёл на стрит в среду. И это он первый раз привёл на стрит Архангела.
-Нафаня! Вы посмотрите, кто к нам пришёл! Это же Нафаня!
Пока суд да дело, Нафаня с Наташей добрались до привала Фомича. Хорошо, что он встал их поприветствовать, потому что после этого все двинулись до стрита.
Фомич оглянулся на Архангела:
-Так, палатка у тебя есть. Это хорошо. У меня тоже. С нами будет стоять Бак.
Надо его обязательно найти, он ушёл вперёд, и с ним половина моей снаряги.
-Бак? Ну-ну.
Бак в подпитии был весьма надоедливым человеком.
Фомич продолжал:
-Я всё продумал. Что надо на стоянке? Еда, костёр, музыка. Мы посовещались, ладно, еду я беру на себя.
-У меня килограмм риса, и есть тушёнка, - отозвался Архангел.
-А у меня килограмм риса, килограмм гречки, килограмм макарон и две банки тушёнки.
-У меня в этот раз тоже только две тушёнки. Правда, большие.
-Вот, с едой порядок. Завтра придёт Тигра, будет музыка. А там, помнишь, как в позапрошлом году - народ сам к нам придёт в гости!
Архангел помнил. Тогда они впервые встали на скользкой дороге, и исходно предполагалось, вдвоём. Но в ту дождливую весну у них был тент над костром. И костёр. И Сонце. И куча промокшего народа из промокших палаток. В общем, в какой-то момент Архангел заглянул под тент, и у него глаза на лоб полезли: сидеть было негде! Так народ приходил и стоял!
Последний поворот, и показалась линия берега, первые палатки.
-Пойдём сначала поздороваемся, а потом поставим палатку, или наоборот? - спросил Фомич.
-Наоборот! - Архангел знал, что после "поздороваемся" "потом" не наступает.
И тут они встретили Ирину.
-Привет!
-Привет! Я так рада, что тебя встретила!
-Я тоже!
Архангел пожалел, что не взял с собой фотографии с прошлого стрита.
Ирину и её подругу Лену когда-то называли "девочки-киборги". Народ подметил их какую-то скованность в общении. Они поначалу молчали, улыбались, делали всё как-то по-своему. Потом, конечно, освоились, видимо, поняв, что за раздолбаи их окружают, и из киборгов их исключили. Ещё народ отмечал их выносливость и неприхотливость. Эти маленькие девушки безропотно сносили походные условия, холод, голод. Переходы, выматывающие и мужиков, их маленькие ножки успешно преодолевали. Шутки, что их снаряжение - это одеяло, две картошки и банка кильки, были недалеки от истины. У Лены был рюкзак объёмом литров на пять, его лямки крепились двумя большими булавками. У Ирины - чуть больше.
С Архангелом их связывала череда походов, дней рождений. Он белой завистью завидовал ей. Она принадлежала к более молодому поколению, но уже знала трассу, была на Радуге, в разных городах. И ещё у неё была такая компания, о которой стоит только мечтать. Такие непохожие, талантливые люди, целая сокровищница характеров. А в его жизни стрит и Пенза были едва ли не единственной отдушиной. Да, чужие города ему были доступны. Но большой город разобщает людей, и с каждым годом связи становятся тоньше. Он чувствовал, что время идёт, и что-то утекает вместе со временем, что-то, что не описать словами. И ещё он чувствовал, что этого чего-то, как и времени, осталось мало...
Взяв с Ирины обещание, что она придёт в гости, Фомич и Архангел отправились на свою стоянку. Они стояли на скользкой дороге. В этом месте ложбины оврага, в котором тёк утопный ручей, образовывали мысок, выступающий в овраг. Получалось, что с двух сторон - овраг, с третьей - дорога, и лишь с четвёртой существовал довольно узкий проход на централку. С дороги народ практически не приходил, а вот те, что приходили с централки, были не прочь попасть на другой склон оврага. Благо, что существовала тропинка, та самая скользкая дорога. Скользкой её делала весенняя грязь, а крутизна оврага добавляла экстрима. На стоянке лежал снег. Вообще, снег лежал на всём берегу, на льду моря - повсюду. Они бросили рюкзаки, Архангел желал побыстрее поставить палатку, и тут с другого берега оврага раздалось:
-Костя! Фома! Привет!
На том краю оврага стояла Наталья Летучёва из Саранска. Они перелезли через овраг, поздоровались. Наталья, как и Скэн, как и Дима, была завсегдатаем стрита. Без них саранскую делегацию невозможно было представить.
-Наши стоят вот здесь.
Архангел поглядел, и никого знакомых не увидел.
-А Скэн, а Дима?
-Они вон там, пойдёмте, я покажу.
Скэн с Димой сразу же изъявили желание встать вместе с Фомой и Архангелом.
-Ну, мы к вам попозже подойдём.
-Мы стоим там, же, где и в прошлом году.
Вернувшись на стоянку, Фома с Архангелом обнаружили там Бака.
-Архангел, а где свитер?
-Какой свитер?
-Фомич говорил, что у тебя есть запасной свитер!
-Ну, я не отвечаю за то, что Фомич про меня говорит.
Начали ставить палатку. Ставить пришлось на снег, потому что пенки были, а разгребать было лень. Разумеется, на снег постелили полиэтилен, но и всё. Архангел расстелил свою палатку и, с помощью Фомича и Бака, поставил. Получилось, как обычно, криво, зато заметно это было только изнутри. Так тоже не всегда получалось.
-Костя, - сказал Фомич, - я знаю, тебе можно доверить это дело.
-Возьми эту полторашку с вином и спрячь до завтра, - продолжил он.
Тем временем подошли Дима со Скэном и Юрой. Юра был из саранских красных кхмеров. Архангел помнил, как пару лет назад на стриту появились трое парней в красных галстуках, что-то рассказываших про город Пномпень и тамошнего революционного вождя. В тот год он ночевал у большого костра. И как-то мало там оказалось народу, он, лежащий на пенке, да эта троица. Они негромко переговаривались меж собой, да ночью всё слышно. Что-то говорили о том, что удалось-таки всколыхнуть пензенскую тусовку. Усмехнувшись про себя, Архангел подумал, что пензенскую тусовку могло всколыхнуть разве что падение ядерной бомбы. Он поднял голову и спросил:
-Народ, вы Диму Абдрашитова знаете? - Димы в тот год на стриту не было.
-Знаем.
-Ну тогда передавайте привет от Кости Архангела, - повернулся спиной к костру и уснул.
Появившись на стоянке, Скэн поинтересовался:
-Ну что, будем раздолбайничать, как в прошлом году, или как?
Архангел бросил красноречивый взгляд:
-Так...
-Ладно, ладно, поработаем, - сразу поменял тон Скэн. Видимо, его проняла совесть за прошлый год, когда всю чёрную работу делал один Архангел. Пошли за дровами.
-Надо найти одно хорошее бревно, - объяснял Фомич, - чтобы его хватило на всю ночь, лучше, чтобы на весь стрит. Как в позапрошлом году.
В позапрошлом году Архангел пришёл с двуручкой. И они свалили неохватный дуб, который просто сдвинуть с места пришлось с помощью ЕГФа. Из дуба получилось три бревна, на одном из которых сидела соседняя стоянка, одно пошло в большой костёр, а ещё одним топилась неделю стоянка Фомича. Остатки того дуба, застрявшие в ветвях, забрал Кузнецк, и больше за дровами не ходил. Даже когда Архангел уходил со стрита, что-то ещё в ветвях висело. Фомич утверждал, что последние дрова из того дуба он дожигал где-то в мае.
На дороге их остановил коренастый мужичок:
-Ребята, помогите нам бревно до стоянки донести. Давайте, одно бревно вам, одно нам. Дрова хорошие, сами вы такие не найдёте.
-Ну что ж, поможем.
-Ну, вы идите по этой тропинке, там увидите.
-Не-е-ет, - сказал Фомич, - давай уж показывай дорогу.
В лесу и правда оказалась утоптанная тропинка.
-Это и есть хорошие дрова? - поинтересовался Фомич, глядя на три распиленные берёзовые колоды. Они хоть и были неохватные, но выглядели весьма гнило.
-Нет, это задел на завтра, - ответил мужичок, - идите дальше.
Он, видимо, упыхался на дровяной работе, и поотстал. Впереди показались двое мужиков с пилой, которые бодро заявили:
-Здесь дров нет!
Все понимали, что ничего иного они и не должны были говорить, поэтому подошли и воззрились на бревно. Бревно внушало доверие.
-Это вот это, что ли вам надо помочь донести?
Благо, мужичок тоже подоспел, распорядился, как нужно правильно распилить бревно, и Скэн с Фомичом приступили к делу.
-Фомич, не выгибай пилу, - попросил Скэн. Но что-то не ладилось, и томившийся без дела Архангел попросил пилу у Фомича.
Скэн сразу почувствовал разницу:
-Вот, Костя, ителлигент, а лес валить умеет.
-Так у меня дача, там сад.
-Рассказывай, лучше скажи, сколько ходок было, за что сидел.
Скэн с Архангелом понесли бревно на стоянку к мужичку, а Фомич с Юрой - на свою. Потом Скэн и Архангел вернулись.
-Так, это тоже отнесём к ним на стоянку, - распорядился Скэн.
-Ладно. Но я думаю, они этого от нас не ждут. Речь-то шла об одном бревне.
-Договаривались, одно бревно им, одно нам. Так что понесли.
-Ну, ладно. Так честнее, - согласился Архангел.
По пути в лес им встретились эти же мужики.
-Мы и это бревно вам несём, - на всякий случай пояснил Архангел. Те кивнули.
Вновь вернувшись за бревном для себя, Скэн с Архангелом обнаружили того мужичка в одиночестве.
-Так, давайте свалим это дерево, - предложил он, - или нет, лучше то.
То было действительно лучше, но и больше, и тяжелее. Скептически взглянув на окружающие сосны, Архангел покачал головой:
-Застрянет. Однозначно застрянет.
-Ну, ладно, пойдёмте, то свалим.
Пила у мужичка была замечательная. Её выгнутые трапециедальные зубья входили в дуб ка нож в масло. Остановились перекурить. Мужик достал "Опал".
-Сигареты так себе, но ностальгия пробирает...
Разговорились, вспомнили анекдоты: "Стюардессу хочешь? У меня опал. Я не о том. И я не о том." "Вам не нравится радио шансон? А вы пробовали валить лес под Боба Марли???"
Допилили дуб, Скэн и Архангел взяли бревно, мужичок - обрезок поменьше. Когда пришли на стоянку, уже практически стемнело. Дима с Фомичом развели костёр.
Фомич искал вермут.
-Где вермут? Здесь должна быть полторашка вермута! Костя, ты видишь где-нибудь вермут?
Архангел вермута не наблюдал.
-Может, моё вино достать?
-Нет, мне нужен мой вермут!
-Как он хоть выглядит-то?
-Полторашка, внутри - красное вино.
У Архангела мелькнула догадка.
-Погоди, а что ты дал мне спрятать?
Немая сцена в исполнении Фомича.
-А. Всё. Всё в порядке. А что ж ты молчал?
-Ну, ты же кричал: "Вермут". А мне дал красное вино. Я и не сопоставил.
-Ладно, давай своё вино.
Посидели у костра. Пришёл вызов от Ларса - он интересовался, не собирается ли Дима в гости. Дима собирался. Ларс объяснил, что у них самая последняя в сторону Круглого залива стоянка. Архангел с Димой двинулись до Ларса. Дошли до последней стоянки. Ларса не было. Вызвали его.
-Я выйду щас на берег и буду светить фонариком. А вы идите на свет.
Архангел, зайдя чуть ли не на самый лёд моря, стал выглядывать этот фонарик. Дима, вся обувь которого - мокрые кроссовки, остался на суше. Увидев вдали мерцающий свет, Архангел сказал Диме, чтобы тот шёл по суше, а сам ломанулся прямо на фонарик. Ещё какое-то время можно было видеть свет диминого фонаря по берегу, но поняв, что берег льда не слаще, Дима тоже выбрался на лёд. Когда перед Архангелом замаячила фигура Ларса, Дима был ещё далеко позади.
Ларс стоял на земляничной поляне. На памяти Архангела на стриту там не стоял ещё никто и никогда - далеко. У бойкого костра сидела остальная троица - Андрей Князь с братом и Паня. Архангел тут же воспользовался возможностью просушить промокшие насквозь берцы. Пока берцы сохли, шёл неторопливый разговор. О чём могут говорить пятеро программистов? Поэтому их разговор пропустим. Потом пошли гулять. Берцы Архангела, хоть и высохли, при первой же возможности напитались водой, поэтому его тянуло уже в палатку, в тёплый спальник. Единственное, что запомнилось, так это как Брюхов пел "Кино" и рассказал о том, что кто-то потерял сегодня "телефон, больше похожий на телевизор". "Если кто найдёт, вы хотя бы СИМ-карту человеку верните", - просил переживающий за неведомого страдальца Брюхов. Добравшись до палатки, Архангел забылся чёрным сном без сновидений.
Пробуждение было неожиданным. Снаружи раздавался голос Фомича:
-Народ! Подвиньтесь! Надо Зою Михайловну положить!
Кто такая Зоя Михайловна, и почему это её надо класть в его палатку, Архангел не знал. Самое главное, что места-то уже и не было, он лежал у самой стенки. Он уже открыл было рот, желая возмутиться, но тут своё веское слово сказал Скэн:
-Иди на фиг, Фомич, здесь места нет!
-Народ! В этой палатке шесть человек нормально умещаются. А вас там четверо!
Послышалось какое-то шуршание, ёрзание - похоже, Фомич пытался на практике отыскать место.
-Иди в баню, Фомич! - повторил Скэн.
-Мне нужно место, чтобы положить Зою Михайловну, и я его найду. Короче, кто не спрятался, я не виноват!
Послышалась какая-то непонятная возня. Правда, вскоре возня прекратилась, снаружи раздались приглушённые голоса, и всё стихло. Архангел снова заснул беспробудным сном. На этот раз до утра. Утром Фомич рассказал жалостливую историю о том, что ночью к ним на костёр вышла Зоя Михайловна, старая туристка, которой пообещали место в палатке её какие-то знакомые, но обломали. И Фомич, добрая душа, тут же предложил ей место в архангельской. Тем паче, что ни он сам, ни Бак спать не собирались. Не обнаружив требуемого места, они с Баком попытались это место выделить. Для чего с размаху падали на спящие и не спящие тела в палатке. "Мы-то с Баком себе место находили", - рассказывал Фомич, - "но когда мы поднимались, место исчезало". Зоя Михайловна, немало повеселившись на сиё представление, благоразумно решила поискать себе место где-нибудь ещё.
Утром пред глазами Архангела предстал едва горящий костёр, босой нетрезвый Фомич, сушащий носки у костра, и какие-то не шибко знакомые люди. Всё до боли напоминало позапрошлый год. Тогда каждое утро на стоянке наблюдался Фомич, такое ощущение, вообще не спавший несколько суток подряд.
-Утро, - пожелал всем Архангел и начал натягивать берцы, про себя думая, что самое неприятное на стриту утром - это промокшие замёрзшие берцы, пропавший пуховик, так, чего с ним ещё случалось? Ах, да, хуже замёрзших берцев два замёрзших _левых_ берца. Как-то раз ночью, выходя из палатки К2, он обнаружил, что некто увёл его правый ботинок. Оставив свой левый. На следующий день, к счастью, пропажа нашлась. Этим нектом оказался Дима Поляков, с перепою обувший два правых берца. Что ж, бывает.
Фомич тем временем полностью оккупировал чахлый костёр, затеяв варку своего специального варева, которое было бы глинтвейном, вари его кто-нибудь умеющий делать глинтвейн. Фомич не умел, прекрасно это осознавал, и названия варево не имело. Туда ушёл припрятанный накануне вермут, принесённые Архангелом корица, гвоздика и почему-то кофе. Архангел, не потреблявший этого, хотел было примостить котелок, дабы сварить чего-нибудь съедобного, но Фомич сказал, мол, давай мы сначала сварим своё, а потом костёр будет полностью в твоём распоряжении, и варить ты будешь еду исключительно себе.
"Ага," - подумал Архангел, - "себе, как же. Кто только с ложками вокруг бегать будет?". Но есть хотелось, поэтому он рассудил, что кто бы ни бегал вокруг, а ему-то поесть достанется. А когда еда сварилась, как-то оказалось, что, собственно, вокруг с ложками никто и не бегает. "Ну что ж", - подумал Архангел, - "люди лучше, чем я о них думал". И решил всех накормить, тем паче, что некоторых, как например, Ирину, накормить было приятно.
После завтрака народ разошёлся по гостям. Двинулся и Архангел. Пройдя централку, он лениво поглядел на народ, готовящийся к соревнованиям, и двинулся дальше. На централке обычно никто из знакомых не стоял - одни старые туристы. Перейдя ручей, он зашёл на стоянку к К2. Там был К2, Нафаня, немного погодя подошёл Хоббит. Хоббит рядился в свежекупленный комбинезон "Эксперт", поражающий обилием карманов, липучек и прочих прибамбасов. На лбу красовались чёрные сварщицкие очки. Пощупав своими грязными руками матерьяльчик и примерив сварщицкие очки (не снимая своих), про себя Архангел отметил, что Хоббит прямо пижон какой-то стал. Он помнил его в жёлто-зелёной накидке из армии, с рюкзаком без клапана, в драной грязной кожанке, наконец.
Пройдя через типи, в поисках Колобердина, Архангел дошёл до стоянки Тринадцатого. Самого Трина там не оказалось, зато был и Джон, и Света Чума, и Янка с Петровым. И Колобердин сидел там же, в извечной своей шинели, с двумя заплетёнными косичками. Кто-то, проходя мимо, поздоровался с Димой, и поддавшись первому впечатлению, произнёс:
-Ну и харю же ты себе разъел!
-От глистов избавься, ещё и не такую разъешь!
Дима был в своём репертуаре.
Архангел хотел было пойти дальше, до стоянки Егора, но Джон остановил его:
-Не ходи туда! Там Джошуа и компания письками трясут!
Припоминая путь на стрит, Архангел решил, что, в самом деле, не стоит. И не торопясь пошёл обратно. Вернувшись на стоянку, он никого там не обнаружил. Правда, вскоре из палатки вылез Юра.
-Юра, пойдём сходим за дровами. Я как раз нашёл бревно, далековато, зато на самой дороге. Похоже, кто-то бросил.
-Ладно, щас я обуюсь.
Придерживая свой конец бревна, Архангел думал, что с революционерами, как с людьми принципиальными, гораздо приятнее иметь дело, чем с раздолбаями. Конечно, с раздолбаями весело, но не всё же веселиться, надо и за дровами ходить. Доставив бревно, Архангел стал варить рис с макаронами. Юра же ушёл по гостям. И так получилось, что когда всё было готово, Архангел остался один на один с котелком. Это было впервые, чтобы еда сготовилась, и никто не почуял шестым чувством, не оказался рядом случайно. В недоумении, Архангел принялся есть.
Подошёл Бак с каким-то приятелем. Обрадованный, что горячее не пропадёт, Архангел сам наложил им полные миски. "Мамка", - сказал Бак, - "Архангел, ты мамка".
Поев, Архангел пошёл в гости к Ларсу. У костра сидела вся компания, плюс Дима Абдрашитов.
-Тебе из Пензы ничего привезти не надо? - спросил Ларс.
Архангел сначала даже не понял:
-Чего? Куда привезти?
-Сюда. У нас сейчас жёны приедут, пока можно позвонить и заказать им что-нибудь. Например, томатный сок.
Архангел отрицательно покачал головой. Он был на стриту, и всё необходимое было с ним.
Попили чаю, повели неторопливый разговор, о жёнах, о музыке, о компьютерах.
Вдруг, не веря глазам, Архангел увидел как из леса выбежал кабан. Выбежал и встал метрах в ста, внимательно глядя на людей.
-Глядите! - только и успел воскликнуть Архангел.
Все повернули головы, вскочили, и у них на глазах в лесу пробежал целый кабаний выводок - голов десять-пятнадцать. После такого диковинного зрелища все долго не могли прийти в себя.
-Да, а если в лесу так на них напорешься? Затопчут...
-А ведь они на стрит побежали!
-Ага, прибегут кабаны на стрит, облизываясь - "Ага, туристы!". А те, с ножами, тоже, "Ага, свинина!".
Неторопливое солнце перевалило за полуденную черту и пригревало так, что впору было загорать. Архангел помянул свой приезд в город, когда увидел на остановке Диму, Скэна и ещё какую-то пару незнакомого народа. Дима тоже вспомнил Скэна, вспомнил и то, что Скэн накануне вписывался у некоего Ангела.
-Да, развелось нынче ангелов, - произнёс Ларс, - но только один из них настоящий.
-Да и тот не я, - отверг намёк Архангел, и процитировал: "Кто подобием бога не вышел, тот в ангелы лезет напрасно. Их лица подходят как раз, но ... дело не в лицах, а выше".
-Гляньте, - произнёс кто-то.
Все обратили лица к морю. По белой заснеженной глади моря двигалась чёрная точка. Кто-то шёл к берегу.
-Долго ему ещё идти. Интересно, кто это?
-Глядите, вон ещё двое.
Действительно, левее и поодаль этой точки рядышком двигались ещё две. Первая точка медленно приближалась, и уже можно было разобрать человека, с трудом переставляющего ноги. Было видно, что это не турист - рюкзака у него с собой не было. Шёл он прямиком к стоянке Ларса. У двоих других дела были хуже, их следы выписали извилистую кривую по глади моря. Стало видно, что идут двое, один высокий, другой - пониже. Иногда высокий падал, а тот, что пониже, терпеливо дожидался, когда тот поднимется. Между тем первый парень добрался до берега и, измотанный, сел на землю, отогретую солнцем. Сидел он там минут пять, после чего выбрался на поляну, к костру.
Он представился Язем, и рассказал, как они втроём решили прогуляться в деревню. Пока он рассказывал, оставшиеся двое продолжали двигаться к берегу. Едва сойдя со льда, высокий упал прямо в снег, покрывавший берег, и не двигаясь, лежал минут пять. Потом тот, который пониже, поднял его, и они с трудом, на четвереньках, выползли к стоянке. Смотреть на них было жалко, особенно на высокого - весь мокрый, с всклокоченными длинными волосами, он стянул с ног резиновые сапоги и вылил из них воду.
Они были студентами университета и играли в одной группе.
-Мы играем трэш, - сказал Язь.
-А дэф вы не играете? - поинтересовался Паня.
Язь помотал головой.
-Зря, - с сожалением протянул Паня. Это такая вещь...
Передохнув немного, вся троица пошла в сторону стрита.
-Осторожнее там, - сказал Паня, - в лесу кабаны.
Архангел же двинулся в противоположном направлении - в сторону Круглого залива. Сначала он шёл по оттаявшему краю дороги, но потом нашёл тропинку, бегущую по берегу моря. Солнце припекало, и глубоко под снегом бежали весенние ручьи. Идти приходилось осторожно, чтобы не провалиться в один из них. Круглый залив оправдывал своё название. В центре залива, в единственном обозримом месте моря была большая округлая проталина. Ветерок покрыва рябью поверхность воды. Тропинка вела через лёд на другой берег залива, и проходила метрах в трёх от края проталины. Вода там просочилась на лёд, и в следах на тропинке стояла вода. Но лёд был крепким, и Архангел без приключений выбрался на берег. Солнце давно растопило на открытом месте снег, и высокая стена берега, покрытая сверху прошлогодней жухлой травой, неплохо прогрелась. В месте, где поворачивая, берег залива становился берегом моря, вода вымыла узкий песчаный утёс, выдававшийся над морем. Архангел уселся на край утёса и свесил ноги вниз. Потом лёг и закрыл глаза. Усталость тут же дала о себе знать, подарив одну из сильнейших иллюзий. Бывало, закрыв глаза, лёжа дома в кровати, возникало ощущение, что он находится в воронке, образовавшейся на поверхности реки, и вращаясь, водоворот затягивает его всё глубже. Сейчас же это ощущение было настолько сильным, что перекрыло все остальные чувства. Нет, какой-то своей частью он понимал, что тело его неподвижно лежит на утёсе, но всё остальное "я" уносилось в этом водовороте всё глубже и глубже. Правая рука его разжалась, и звук катящейся вниз мыльницы вернул Архангела в реальность. Он открыл глаза, проследил, что с мыльницей ничего не случилось, и остался лежать, прикрыв один глаз, в который светило солнце. Над ним кружил ворон. Архангел усмехнулся: "Птица, я тебя знаю". Над заливом появился хищник, и ворон подался в сторону. Хищник издал свой характерный клич, и уселся на вершину засохшей берёзы. Архангел смотрел в ту сторону, пока он не улетел. Вздохнув, Архангел поднялся, и забрав мыльницу, побрёл обратно.
На стоянку к Ларсу пришло пополнение - Аня, Аня и Пухлый. И они в самом деле принесли томатный сок. За распаковыванием и размещением прошёл остаток времени до заката, после чего все двинулись на стрит - гулять. Но гулянье дошло только до стоянки Архангела, а там все уселись и остались. Архангел был рад - в эту ночь снова все гости были у них на костре. Чтобы всех усадить, не хватило брёвен, и пришлось вытащить из палатки пенку. Пришёл Стас, которого Архангел уже и не надеялся увидеть. Радость встречи была взаимной. Но ещё больше обрадовался Ворон, искавший Архангела весь день. "Птица, птица, я тебя знаю", - вспомнил Архангел. Поговорили о том, о сём, узнав, что Архангел уходит в воскресенье утром, Ворон попросил обязательно зайти к нему на стоянку. Пришёл Ивентьев с девушками и гитарой. "Только не говори потом, что меня на стриту не видел", - припомнил ему Архангел.
Появился и Скэн с Натальей Летучёвой. Пришёл Слава КПСС, тоже с гитарой. Но настоящий концерт устроили, конечно, Ларс с Димой. Фомич, увидев Ларса, поинтересовался:
-Ларс, ты чего грустный как на поминках?
-Так мы и есть на поминках.
-Отмазался, - покачал головой Фомич.
Ларс был в ударе, он даже сыграл "Гражданскую оборону", чего давно уже не случалось. Ночью появились Люцифер с Тигрой. Вписывались они в палатке Архангела, чему он также был рад. С Люцифер его пути пересекались нечасто. К счастью, чаще, чем раз в год, но всё же... Узнав, что вместо большого костра в этом году только два маленьких, Архангел со спокойной душой остался у своего. Но и хорошего бывает слишком много, поэтому в три часа ночи он вынужден был пойти спать. От планов уйти с саранским народом пришлось отказаться в пользу желания поспать.
Ночь прошла спокойно. Утром на стоянке обнаружился Фомич, который в сне, похоже, не нуждался, и Слава КПСС. Он опрометчиво бросил свои гитару и куртку, в которой был паспорт и деньги, в палатку к Архангелу, и теперь она находилась где-то под телами Люцифер и Тигры. Гитару-то вызволили быстро, а вот Люцифер Архангелу будить не хотелось. Поэтому, пока суть да дело, поиски куртки отложили. Саранские ушли ночью. И вообще, то там, то сям народ уже паковал рюкзаки и складывал палатки. Вот и Архангел стал собираться тоже.
Беглая инвентаризация показала, что вроде бы, ничего не пропало. Сгорели только носки, и то не насмерть. Вообще, Архангел терял на стриту топор, остальное не в счёт. Скэн потерял паспорт. Потом, правда, выяснилось, что паспорт он на стрит просто не брал. Фомич, кажется, не потерял ничего.
Проснулась Люцифер, нашлась и куртка Славы КПСС. Архангел сложил палатку. Сразу стало как-то пусто. Полностью подготовившись к отходу, он пошёл прощаться с Вороном.
Проходя мимо стоянки алисоманов, он увидел Тринадцатого. Тринадцатый сидел на бревне с отстутствующим взглядом.
-Утро, - сказал Архангел.
Трин не реагировал.
-Ну, давай, что ли, поздороваемся, - продожал попытки Архангел.
Тринадцатый вяло поздоровался, и Архангел понял: не беспокоить. Потом уже ему рассказали, что на стоянке Трина пили, как и везде, спирт. И человеку, разливавшему его, стало лень всем наливать, поэтому он взял да и вылил полторашку разведённого в котелок - дескать, черпайте. Потом, когда об этом немного подзабылось, народ захотел чаю. Ага, чаю, а вот как раз вода в котелке! И котелок со спиртом ставят на огонь. Очевидно, костёр был так себе, потому что немедленных последствий это не возымело. Пьяный Трин, проходя мимо, попросил воды. Ему ответили, мол, холодной нету, а эта, в котелке, ещё ничего, не горячая. Он черпнул, руками проверил - и правда, рука терпит, и с пьяных глаз опрокинул в себя всю кружку. И тут до него дошло... Трин обиделся. Обиженный Тринадцатый выдернул из пенька топор, который был засажен в пень так, что весь день никто не мог его вынуть, и с топором и матом стал объяснять народу, что так делать не хорошо. Обошлось без жертв. Через полчаса объяснений Тринадцатый понял, что энергия закончилась, засадил топор обратно в пень с такой же силой и упал тут же спать. Так что его поведение наутро было вполне объяснимо.
Идя дальше, Архангел дошёл и до стоянки Джошуа. Там всё было тихо-мирно, письками они уже не трясли.
Наконец, он добрался до самой крайней стоянки в сторону Лемзяя - стоянки Егора. Ворон стоял там. Но Ворона он не обнаружил, тот незадолго до этого куда-то ушёл. Зато там был Егор и Оксана с ЕГФа. Архангел огорчился, но делать было нечего - искать Ворона по всему стриту не представлялось возможным.
-А ты шёл по берегу? - спросила Оксана.
-Нет, по лесу.
-Он тоже шёл по лесу, ты должен был его встретить.
Архангел улыбнулся и сказал:
-Из города А в город Б вышел поезд. В это же время из города Б навстречу первому вышел второй поезд. Но столкновения не произошло, и оба поезда спокойно добрались до пунктов назначения. Почему? А судьба им была такая.
Ладно, счастливо!
Добравшись обратно до стоянки, он уже хотел вскинуть рюкзак и пойти, когда с соседней стоянки его заметила Света Чума. В запутанных родственных отношениях, связывавших многих на стриту, она доводилась ему и тёткой, и племянницей.
-Костя, ты когда уходишь? - крикнула она.
-Сейчас.
-Подожди меня, пять минут, я с тобой пойду!
-Ладно.
Через 20 минут :) они двинулись в обратный путь. Пригревало весеннее солнце, за спиной болтались полегчавшие рюкзаки.
Прозвище Чума она выбрала себе сама. Подобно булгаковской Аннушке, где бы она ни появлялась, там творились склоки и раздоры. Впрочем, Архангел склонен был считать, что склоки и раздоры творились бы там и без неё с тем же успехом. Света работала. Работала менеджером, и как это нередко бывает, с утра и до ночи. Даже теперь, возвращаясь домой, она думала, что сейчас придёт и станет обзванивать клиентов.
Архангел рассказал анекдот в тему: В одной фирме было принято задерживаться после окончания рабочего дня. И вдруг один сотрудник стал уходить ровно в 18:00. В первый раз все подумали, ну, может, что-то случилось. На следующий день он опять ушёл в 18:00. На третий день к нему подошли сослуживцы, дабы намекнуть, мол, здесь так не принято. На что он воскликнул: "Вы что, ребята, я же в отпуске!"
Вот так, непринуждённо болтая, они вышли на трассу. Народу было в общем-то мало. Стояла только толпа пионеров во главе с инструктором. Он сынструктировал пионеров в очередь. Света с Архангелом махнули рукой на это безобразие: всё равно пока эти не уедут, ничего не выйдет. Подъехала маршрутка. Пионеры все как один уместились в эту газель, и тут открылась передняя дверь, и хмурый водила спросил: "А вы чего стоите?". Два раза звать не пришлось, и Света с Архангелом, покидав рюкзаки в салон, уселись впереди. Вспоминая прошлый год, когда они втринадцатером ехали в кузове грузовой газели, Архангел думал, что им неслабо повезло. Доехали, как водится, до "Сосен". "Пенза", - с удовольствием подумал Архангел. "Ахуны", - возразил внутренний голос. "Всё равно - Пенза", - усмехнулся Архангел.
Здравствуй, милая тётушка!
Давно хотел тебе написать, да всё никак руки не доходили. Как у тебя дела, что нового? Как твоё здоровье? Сама знаешь, Стрит - нелёгкое дело, а я хотел бы тебя там видеть ещё не раз. А ещё, тётя Света, я хотел бы в следующем году поехать с тобой на Радугу, а то вот всё собираюсь, да никак не получается - то одно, то другое. Так что я на тебя надеюсь, и желаю тебе крепкого здоровья, бодрого настроения, лёгкой работы и надёжных друзей!
Жду тебя в Москве, и с прошедшим днём рождения!
Целую.
Твой дядя Костя. :)
